Наука и технологии России

Вход Регистрация

Хеку, Судзуки и Нэгиси могли дать премию пятнадцать лет назад

Нобелевскую премию по химии в этом году присудили трём учёным – американцу Ричарду Хеку, японцам Эйити Нэгиси и Акире Судзуки. Они занимались органическим синтезом и придумали реакции, с помощью которых потом создали новые препараты от рака и многое другое. Комментарии члена-корреспондента РАН Александра Гехмана и директора ИНЭОСа, академика Юрия Бубнова.

Эйити Нэгиси (Negishi Eiichi), Акира Судзуки (Suzuki Akira) и Ричард Хек (Richard F. Heck)

По словам заведующего лабораторией металлокомплексного катализа ИОНХ РАН, члена-корреспондента РАН Александра Гехмана, реакция Хека – из сферы синтеза физиологически активных препаратов, феромонов и ветеринарных средств.

«Работам этих учёных – примерно 20-30 лет, - говорит Александр Гехман. - Тогда это было новое направление органического синтеза с использованием соединений палладия. За годы мы уже привыкли к этим работам, так что эта Нобелевская премия - за заслуги. Без катализаторов на основе палладия нельзя получить целый ряд полезных органических соединений. В частности, речь идёт о феромонах, которые используются для отлова и отвлечения вредителей в сельском хозяйстве. То же относится ко многим лекарственным препаратам. И, конечно же, речь идёт не об аспирине, а о средствах нового поколения».

«Все трое учёных достойны этой премии, но наибольший вклад, на мой взгляд, в открытие внёс японский профессор Судзуки, - считает директор  Института элементоорганических соединений РАН (ИНЭОС), академик Юрий Бубнов. - Его реакция (Судзуки-Нияура) – одна из самых популярных. О ней знают практически все студенты и многие исследователи, в том числе в России, используют её для получения тех или иных медицинских препаратов и для создания современной электроники».

По словам академика Бубнова, за эти реакции можно было бы дать Нобелевскую премию ещё лет 15-20 назад. Они активно используются на химфаке МГУ им. М. В. Ломоносова, в Институте элементоорганических соединений, Институте органической химии, научных учреждениях Уфы, Новосибирска. «В своём институте (ИНЭОС – STRF.ru) мы использовали реакцию Хека для синтеза противоопухолевого препарата, от лейкемии – цефалатаксина», - добавляет Бубнов.

Реакция Реакция Хека

«С Судзуки мы давнишние друзья, - говорит он. – И человек замечательный, и химик хороший. Мы познакомились в 1972 году в Москве, когда тот приезжал на конференцию по металлоорганике, организованной академиком Несмеяновым. Потом встречались на разных мероприятиях, я был у него в Японии, он был у меня дома в гостях. С Нэгиси я тоже лично знаком. Он прекрасный музыкант, играет на пианино, поёт, любит русские песни, в том числе “Подмосковные вечера”».

Давно известно, что Нобелевский комитет недооценивает достижения российских учёных, и в том числе химиков. Предпочтение отдаётся американцам. Наши молодые учёные защищают прекрасные диссертации, а потом уходят либо в бизнес, либо уезжают за границу. И там они оказываются нужны. Тем не менее в России есть сильные химики-органики, которые создают лекарственные препараты. Но проблема в том, что их негде испытывать, так что эти достижения остаются невостребованными. По словам Юрия Бубнова, в ИНЭОСе создали полимеры для челюстной хирургии (с их помощью можно исправлять дефекты лица). Но всё это оказывается не востребованным промышленностью.

«Лично я уже три года пишу в Нобелевский комитет письма с предложениями дать премию двум русским учёным и одному американскому (чтобы шансов было больше), которые, по сути, создали новое, очень перспективное направление в химии, - рассказывает академик Бубнов. - Имена называть не буду, но продолжу отстаивать их права. Достойных людей в нашей стране много. Но их, к сожалению, недооценивают».

РЕЙТИНГ

4.78
голосов: 9

Обсуждение