Наука и технологии России

Вход Регистрация

Гигантам бизнеса попеняли на пассивность

Экспертное сообщество занялось разработкой Стратегии научно-технологического развития России на долгосрочный период, которая, согласно поручению главы государства, должна быть подготовлена к осени 2016 года. Её реализация во многом будет зависеть от того, насколько эффективно выстраивается взаимодействие сектора исследований и разработок с реальным сектором экономики.

В какой мере программы инновационного развития компаний с госучастием и госкорпораций стали инструментом решения общегосударственных задач, а сами они – драйверами роста? Как стимулировать кооперацию крупных компаний с исследовательскими подразделениями вузов и научными организациями? Эти и другие вопросы обсуждались в ходе панельной дискуссии, прошедшей в рамках конференции «Роль крупных компаний в научно-технологическом развитии», которая организована Национальным исследовательским университетом «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ) при поддержке Министерства образования и науки Российской Федерации.

дискуссия Панельная дискуссия на тему «Роль крупных компаний в научно-технологическом развитии». Слева направо: заместитель генерального директора – программный директор РВК Евгений Кузнецов, директор Департамента науки и технологий Минобрнауки России Сергей Салихов, первый проректор НИУ ВШЭ Леонид Гохберг. Фото: пресс-служба НИУ ВШЭ

Сигналы крупным компаниям

Преодоление критической зависимости от импорта технологий, по словам директора Департамента науки и технологий Минобрнауки России Сергея Салихова, «невозможно представить без форсированного научно-технологического развития, которое во всём мире является базой для новых разработок и создания новых производств». Ключевую роль здесь играют крупный бизнес, в том числе госкорпорации и компании с государственным участием.

В последнее время наблюдается «всплеск интереса к сектору исследований и разработок» как со стороны госкорпораций «Росатом» и «Ростех», так и со стороны частных компаний, создающих свои лаборатории и научно-исследовательские институты, отметил Сергей Салихов. Но, несмотря на то, что в 2015 году впервые зафиксированы опережающие темпы роста внебюджетного финансирования внутренних затрат на НИОКР, по сравнению с бюджетным, доля расходов государства преобладает – 70% против 30% бизнеса. Такая ситуация не может считаться приемлемой, ведь смысл вложений в эту сферу в том, чтобы научно-технические разработки внедрялись в производство.

Среди государственных инструментов стимулирования к инвестициям в прикладные исследования – субсидирование расходов бизнеса на них, к примеру, в рамках ФЦП «Исследования и разработки», реализации постановления Правительства России № 218.

«Мы софинансируем те исследования, которые нужны крупным компаниям, бизнесу, которые они могут заказать в секторе исследований и разработок», – подчеркнул директор Департамента науки и технологий Минобрнауки России.

Одну из проблем Сергей Салихов видит в «отраслевой закрытости» корпоративного R&D сектора – в конкурсах по программам НИОКР и программам инновационного развития по большей части участвуют исследовательские подразделения компаний, а не лучшие коллективы вузов и научных институтов.

Диспропорцию между государственными и частными инвестициями в НИОКР считает основной проблемой директор Департамента социального развития и инноваций Минэкономразвития России Артём Шадрин. Дополнительными инструментами её решения станут включение в KPI руководителей крупных компаний показателей инновационной деятельности, в том числе расходов на НИОКР, и поддержка «национальных чемпионов» – высокотехнологических компаний в их выходе на лидирующие позиции на глобальных рынках. Содействовать развитию кооперации бизнеса с университетами, научными институтами и центрами, по словам Артёма Шадрина, призван механизм формирования консорциумов на базе технологических платформ и рабочей группы «Передовые производственные технологии» Национальной технологической инициативы.

Наряду с этим Минэкономразвития намерено усовершенствовать по примеру Проекта «5–100», который курирует Минобрнауки России, проект инновационных территориальных кластеров. Для этого будет проведён конкурс на получение статуса кластера-лидера. Его победителями станут те, кто способен выйти на мировой уровень эффективности объектов инновационной инфраструктуры, исследований и разработок.

На проблему низкой производительности российского сектора исследований и разработок обратил внимание советник руководителя Роспатента Григорий Сенченя. Если численность занятых в этом секторе на 10 тысяч населения сопоставима с другими странами, то по коэффициенту изобретательской активности – числу поданных в своей стране заявок на патенты национальными заявителями на 10 тысяч населения – мы сильно отстаём и от Республики Корея (около 30), и от Германии (около 10). У нас этот показатель равен двум. Правда, в таких перспективных высокотехнологичных секторах, как 3D-печать, нанотехнологии и робототехника отмечается более высокая патентная активность.

При приросте среднегодовых затрат на НИОКР стоимость патентов в России растёт, а в других странах падает, отметил Григорий Сенченя.

Это, по его словам, свидетельство того, что «наши организации ещё до конца не научились осуществлять правовую охрану интеллектуального труда и получать экономический эффект».

Экспертные оценки

В предпринимательском секторе науки России, рассматриваемом по международным статистическим стандартам, «действует 35% всех организаций, выполняющих исследования и разработки – чуть меньше, чем в госсекторе, в нём работает 55% персонала и осуществляется порядка 60% внутренних затрат на исследования и разработки». Такие данные привёл ведущий научный сотрудник Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ Михаил Гершман, объяснив их тем, что в предпринимательском секторе науки в России «доминирует государственная собственность».

Государство ставит перед этим сектором задачу роста объёмов конкурентоспособной продукции, сказал эксперт. Решаться она может путем внедрения разных моделей: полного инновационного цикла – от исследований до внедрения продукции на рынки; улучшающих инноваций – за счёт импорта и адаптации новых зарубежных технологий, локализации в России передовых производств. Однако идущие от государства сигналы слабо воспринимаются бизнесом, разнообразные меры господдержки в сфере инноваций недостаточно востребованы промышленностью. Согласно данным мониторинга, который ежегодно проводит ИСИЭЗ НИУ ВШЭ,

всего 7% предприятий обрабатывающей промышленности используют хотя бы один из механизмов государственной поддержки. В основном это предприятия, внедряющие инновации.

«Наибольшим спросом пользуются налоговые льготы и преференции, амортизационная премия, гранты и субсидии фондов поддержки науки и научно-технической деятельности и контракты в рамках ФЦП и госпрограм», – уточнил Гершман.

Проблема в том, нынешняя структура российской науки практически не изменилась с времён Советского Союза, полагает первый проректор НИУ ВШЭ, директор ИСИЭЗ Леонид Гохберг. В ней преобладают отраслевые министерства с подведомственными научно-исследовательскими организациями, многие из которых превратились в открытые акционерные общества. Без преобразований в этой сфере увеличить инвестиции компаний в НИОКР, осуществить технологическое перевооружение экономики, по мнению Леонида Гохберга, не удастся.

Выход из «порочного круга»

Что мешает крупным компаниям стать драйверами инноваций в России, показал анализ их планов инновационного развития, в котором принимала участие РВК. Они в значительной мере «утратили функцию создания сложных продуктов и всё чаще прибегают к покупке комплексных решений и систем у компаний-интеграторов», констатировал заместитель генерального директора – программный директор РВК Евгений Кузнецов. А такие компании в России не сформировались, поскольку наш внутренний рынок для них мал, и приходится обращаться к зарубежным интеграторам. Как следствие, по словам Кузнецова,

у нас сложилась модель «разомкнутого инновационного цикла», при которой «разработка уходит на международный рынок, а на российский рынок возвращается в лучшем случае после того, как её интегрируют в комплексные системные решения» западные компании.

Разрабатываемые технологии не встраиваются в основной инвестиционный цикл наших крупных компаний, а сами они утрачивают компетенции работы на международных рынках, включая трансформацию культуры управления, обновление продуктовой линейки и технологий. И в результате всё больше ориентируются на внутренний рынок.

Преодолеть отставание российских компаний от мировых трендов поможет реализация Национальной технологической инициативы, направленной на формирование перспективных рынков. «Точка входа» в НТИ для них, по словам Евгения Кузнецова, – это готовность к выходу на глобальные рынки и конкуренции. Среди крупных компаний ближе всего к такому развороту энергетические.

Опыт лидеров бизнеса

В программе инновационного развития ГК «Росатом» 10 стратегических направлений, которые определялись исходя из наличия заказчика, поделилась заместитель директора Блока по управлению инновациями госкорпорации Наталия Ильина. Вложения в НИОКР выросли за 10 лет с 0,5 до 4,5% от выручки. Предложения по прикладным исследованиям и разработкам, из которых формируется научно-технологический задел, поступают, в том числе и от вузов, отметила Ильина. На них приходится 20% расходов «Росатома» на НИОКР. Среди критериев отбора инновационных проектов – техническая реализуемость, наличие команды, компетенций и оборудования. Под каждый принятый проект создаётся проектный офис с сетевым и ресурсным планированием. В управлении инновациями используется матричный принцип с координацией такой деятельности единой структурой госкорпорации. Особое внимание уделяется охране и защите прав на РИД.

дискуссия Участники дискуссии – представители государственных корпораций, частных компаний, экспертного сообщества. Фото: пресс-служба НИУ ВШЭ

Система управления инновациями сложилась и в такой диверсифицированной госкорпорации, как «Ростех». Для оказания помощи входящим в неё компаниям и сторонним организациям создан Центр открытых инноваций. Из его задач главный эксперт инновационного развития и новых проектов госкорпорации Вадим Стреналюк выделил разработку и реализацию специальных образовательных программ, оказание услуг по выполнению научно-исследовательских работ. Центр как проектный офис, по его словам, размещён на двух базовых кафедрах в РЭУ имени Г.В. Плеханова и РУДН. Среди инструментов инновационного развития ГК «Ростех» – формирование и продвижение на рынок уникальных технологических компетенций компаний и организаций, окно открытых инноваций для внешних предложений и проектов, система мотивации разработчиков.

Сотрудничество с вузами и научными организациями ОАО «РЖД» охватывает и подготовку специалистов, и повышение квалификации, на что компания тратит 1,3 миллиарда рублей в год, и обновление техники, сообщил начальник Центра инновационного развития филиала ОАО «РЖД» Александр Корчагин. Совокупные ежегодные расходы на НИОКР составляют около 7,5 миллиарда рублей; из них 1,2 миллиарда идёт собственно на научно-технические работы. Однако вузы выполняют лишь 10% таких работ, поскольку делать опытные образцы и конструкторскую документацию им весьма затруднительно. Зато университеты и научные институты активно участвуют в фундаментальных исследованиях в интересах РЖД по конкурсам РФФИ.

Проведение единой научно-технической политики позволило частной Группе компаний «Ренова», работающей в самых разных отраслях – металлургии, энергетике, телекоммуникациях, нанотехнологиях, на 20% повысить производительность, проинформировал генеральный директор Ассоциации промышленных компаний «Реновы» Юрий Голубков. В большинстве компаний группы есть планы инновационного развития, реализуются пилотные проекты, что расширяет возможности выхода продукции на мировой уровень конкурентоспособности.

Обсуждение