Наука и технологии России

Вход Регистрация

Чистый разум подвергли финансовой критике

Бюджетные места Российского государственного гуманитарного университета, как нам сообщили в пресс-службе вуза, существенно сокращают: в будущем учебном году вместо 789 их останется 571. В социальных сетях бьют тревогу. Бакалавриат философского факультета бюджетных мест лишается вовсе. Ничего удивительного: федеральные госрасходы на образование в целом продолжают урезать – с 615 миллиардов рублей в 2012 году до 573 миллиардов в 2015-м. Откуда такая нелюбовь к мудрости, мы спросили у декана философского факультета РГГУ Валерия Губина.

Валерий_Губин
Валерий Губин уверен, что новые горизонты политикам в силах открыть лишь философы
Справка STRF.ru:
Валерий Дмитриевич Губин – специалист в области истории философии, онтологии, философской антропологии, доктор философских наук. Тема кандидатской диссертации «Проблема интеллектуальной интуиции в философии Эдмунда Гуссерля», докторской – «Проблема творчества в экзистенциально-феноменологической традиции»

Как вы считаете, почему в РГГУ сокращают бюджетные места?

– Потому что нет денег на все институты и университеты, а стратегическая линия – повышение зарплаты преподавателей. Вот и приходится сокращать финансирование вузов. Есть действительно слабые, действительно убогие вузы. Правда, большинство из них частные, но какие-то и государственные. Однако начали с РГГУ. Каким образом такой могучий вуз, ведущий в гуманитарном образовании, объявили неэффективным? Думаю, мы входим в десятку лучших вузов страны.

В чём опасность исчезновения бюджетных мест?

Обучение на нашем факультете стоит 56 тысяч рублей в семестр. Деньги немаленькие. Не все готовы просто так c ними расстаться. Лучше пойти куда-нибудь ещё. Ведь кто такие платники? Как правило – те, кто по конкурсу не прошёл, армии боится.

Какие преимущества у вашего факультета?

– Скажу без лишней скромности: наш факультет – лучший в Москве. Может быть, только философский факультет МГУ по объёму охвата более солидный.

К сожалению, философия до сих пор не до конца вышла из-под идеологического влияния. Кое-где под новым соусом преподают всё тот же марксизм. Называют «онтология» и «социальная философия» – а на самом деле диамат с истматом. Смена поколений полностью не произошла. В этом плане наш факультет целиком и полностью новый по своему формату. Мы ориентируемся на лучшие образцы западной и восточной философии и стараемся восстановить лучшие традиции русской философии.

У нас несколько научных школ. Феноменологическая школа имеет международное значение, выпускает свой журнал. Школа историков русской философии переиздаёт классиков. Учебный научный центр философии Востока ежегодно выпускает 8–10 специалистов по китайской философии.

Наш коллектив молодой, творческий и занимается тем, чем не занимается больше никто. Все наши преподаватели – кандидаты и доктора наук. Мы много публикуемся: за прошлый год вышло 90 статей и книг.

Кем работают ваши выпускники?

– Самых лучших мы пытаемся удержать, берём в аспирантуру. Многие идут в средства массовой информации, газеты и журналы. И в бизнес идут, становятся довольно преуспевающими людьми.

Как им помогает философское образование?

– Оно даёт широкую образованность по европейским стандартам, умение неординарно, творчески мыслить. Мы стараемся выпускать не преподавателей философии, а философов – «штучный товар».

Насколько сегодня в принципе важна фигура философа?

– Она всегда была важной, хотя в глаза это не бросалось. Соловьёв ещё в 60-х годах прошлого века писал, что отмена курса философии и древних языков в российских вузах неизбежно приведёт к росту поверхностного радикализма, революционным сдвигам в головах – потому что пропадёт культура мышления, культура бытия. А Делёз говорил, что всякие негодяи могли бы зайти очень далеко, если бы философия им не мешала.

Но сейчас-то философы в тени.

– Как в тени? Посмотрите на политиков. Они быстро усвоили, что философом, пусть даже на бумаге, быть солидно. Философов где только нет. Казалось бы, в нашей стране изучать философию – заведомо пропащее дело. Но на факультет наш большие конкурсы. Я сам удивляюсь. Хотя идут в основном москвичи, иногородних очень мало.

Если вернуться на 100–150 лет – тогда кабинетные мыслители действительно могли повлиять на ход истории. Достаточно вспомнить Маркса или Ницше. Но сегодня всё иначе, разве нет?

Думаю, всё-таки нет. Приведу печальный пример. Выдающийся мыслитель Мераб Мамардашвили мог стать мозгом правительства Грузии. Его просили об этом после свержения Гамсахурдиа. И он дал согласие, предлагал интересные новаторские идеи, но осуществить их уже не смог: умер от сердечного приступа.

В поисках выхода из сегодняшнего кризиса без философии не обойтись. Нужны широкие обобщения, понимание всей исторической ситуации, проблем свободы личности. Власть всегда боится философов: выслушивает, но их идеи на вооружение не принимает. И в этом беда власти, да и наша тоже.

Думаете, в России власть когда-нибудь станет прислушиваться к мыслителям?

В нынешнем виде вряд ли. Пока там думают, что все дыры можно заткнуть нефтью и газом. Хотя тот же Сурков был, судя по всему, философски образованный человек, умел широко, нестандартно мыслить. Правда, этот пример, может быть, не совсем удачный.

А в своё время власть неизбежно будет прислушиваться к философам. Я в этом отношении оптимист. В экономической и социальной политике нужны новые горизонты, новые идеалы. Кто их покажет? Только философы.

РЕЙТИНГ

4.60
голосов: 5

Галереи

Как в начале XX века представляли III тысячелетие

Набор открыток 1910 года

24 фото

Обсуждение